МГУУ


Управление государственной
службы и кадров
Правительства Москвы




Университет
Правительства
Москвы


08.12.2020

Доступно о доступном: как в Университете Правительства Москвы создается среда для людей с инвалидностью

3 декабря — Международный день инвалидов. С каждым годом общество и государство уделяют все больше внимания тому, чтобы люди с физическими ограничениями получали равный доступ ко всем возможностям, в том числе образовательным. Но по-настоящему понять, насколько доступной является среда для людей с инвалидностью, можно только на реальных примерах. Для нашего университета этот год стал особенным — в сентябре к нам поступила Дженнет Базарова — студентка с редким заболеванием, характерезуемым хрупкостью костей, из-за которого она вынуждена передвигаться в инвалидном кресле. Мы решили откровенно поговорить с самой Дженнет и с людьми, которые отвечают за создание доступной среды в МГУУ, чтобы узнать, насколько университет справляется с важным для себя вызовом.

В октябре 2020 года инфраструктура доступной среды Университета Правительства Москвы получила высокую оценку от Московского государственного психолого-педагогического университета в рамках информационного марафона «Лучшие инклюзивные практики». Над внедрением и совершенствованием доступной среды в своих зданиях специалисты МГУУ трудятся уже далеко не первый год. Но, как это всегда бывает с подобными системами, полноценно оценить их работу удается только когда в ней появляются люди, для которых они разрабатываются.

Время полноценного испытания для доступной среды университета наступило с началом учебного года, когда в МГУУ поступила Дженнет Базарова. У Дженнет крайне редкий диагноз — несовершенный остеогенез, при котором кости становятся очень хрупкими и могут ломаться даже при незначительном воздействии. Более того, после каждого перелома костная ткань начинает разрастаться, ограничивая подвижность и причиняя боль. Университет часто посещают люди с инвалидностью, однако именно Дженнет стала первой за долгое время студенткой, которая пользуется доступной средой зданий МГУУ на постоянной основе. В конечном итоге самый важный критерий эффективности инфраструктуры доступности — это опыт, который получают люди с инвалидностью при ежедневной эксплуатации. Мы спросили у Дженнет о том, насколько комфортно человеку в коляске в стенах МГУУ и в городе в целом.

— Ты уже проучилась в университете определенное время, успела изучить его здания. Как ты оценишь степень доступности среды?

— В Университете есть два корпуса, а я чаще бываю в том, что на Сретенке. И в целом для меня тут все доступно. Я знаю, что могу сама заехать в университет, что в случае необходимости мне поможет готовый к этому охранник. Это очень удобно, не нужно выжидать и постоянно искать, кого можно попросить помочь. С точки зрения доступности я чувствую себя в университете намного комфортнее, чем в школе, здание которой было оборудовано лишь на 50 процентов. Там я была очень зависима от помощи других людей, а в университете я могу быть предоставлена сама себе. Здесь же мой обычный сценарий передвижения выглядит так: самостоятельно зашла, «пробила» карточку пропуска, переоделась, направилась в аудиторию, потом сходила с ребятами на обед в кафе за углом, после еще погуляла и зашла обратно в университет на пары. Уровень доступности среды позволяет мне по максимуму все это делать самостоятельно. Подобную свободу передвижения я чувствовала только в Германии. В российских же государственных учреждениях это в первый раз так.

— Расскажи об отношениях с окружающими людьми в университете. Студенты, преподаватели: чувствуешь ли ты, что они воспринимают тебя как-то по-особенному?

— Социальные взаимодействия с людьми вокруг — еще один важный аспект комфорта для человека с инвалидностью. Вообще у нас в целом сейчас выросло довольно гуманное поколение. Отношение моих одногруппников, ребят из других потоков абсолютно адекватное. Не чувствую, что меня как-то выделяют, нравится, что отношения в коллективе на равных. Сделал работу хорошо — молодец. Не сделал хорошо — иди пробуй еще и исправь ошибки. Атмосфера у нас довольно семейная. Преподаватели, когда приходят на пары, знают, с кем они имеют дело, с кем ведут беседу, к каждому обращаются по именам. Это дорогого стоит.

При этом я встречала некоторых людей с инвалидностью, которые требуют относиться к себе как к богам, ведь они сталкиваются с такими трудностями. Для меня эта ситуация кажется дикой. Я вижу, что сейчас в обществе идет тенденция на равное отношение ко всем людям. И когда мы говорим о равных возможностях, мы говорим о том, что это двухсторонняя улица. Если я где-то не права или в чем-то ошиблась, то мне лучше сказать, что я не права, чем сказать, что я на самом деле молодец только из-за того, что я сижу в коляске.

— Есть какие-то конкретные детали, трудности, препятствия в окружающей среде, с которыми тебе приходится сталкиваться, но которые не столь очевидны окружающим?

— В корпусе на Сретенке есть большая аудитория со сценой. И если мне надо подняться на нее, то там мне приходится просить помощи у мальчиков, потому что ступеньки. Вроде бы мелкая деталь, ведь люди пользуются сценой только если надо выступить с докладом. И я вообще очень мало видела сцен, куда был бы оборудован заезд для человека в коляске. Ну и понятно, что для человека в коляске бывает сложно открывать двери. Часто они бывают тяжелыми, и самостоятельно с ними справиться нелегко.

А по городу существует очень много аспектов. Иногда при ремонте дорог у нас не делают съезды с тротуаров. Знаю, например, что в Германии, как в стране, которая активно ездит на велосипедах, они обустроены повсюду, в том числе на светофорах. В Москве этого кое-где не хватает. Часто я могу проехать только с чьей-то помощью, потому что иначе на тротуар не попасть. С метро тоже есть сложности. Когда я пыталась узнать, можно ли оборудовать лифты на старых станциях, мне ответили, что это проблематично, потому что надо пробивать шахту лифта, а это сделать сложно, поскольку вестибюль — историческое здание, наследие ЮНЕСКО. Тут только остается работа службы мобильности.

— Как ты оцениваешь степень доступности среды в целом в Москве?

— Тут все зависит от того, с какими городами и с какими странами сравнивать. Если говорить о центре Москвы, то здесь можно передвигаться, в кафе заехать, на тротуар попасть. Если же говорить о районах вокруг МКАД, тот тут на коляске сложнее. Конечно же, сейчас лучше, чем было лет 10 назад, но все же Москве однозначно есть куда расти. Аспектов очень много, учитывать их нужно изначально при планировке города или его реконструкции. Причем работать над этим должны в том числе именно люди с инвалидностью, которые понимают, как сделать среду доступнее.

Дженнет с одногруппниками в стенах университета

Инфраструктура для людей с инвалидностью развивается в МГУУ уже далеко не первый год. За это время в зданиях университета была проведена огромная по объему работа. О нынешнем состоянии доступной среды и особенностях ее разработки лучше всего может рассказать человек, который сам ее внедрял. Своими комментариями с нами поделилась Ирина Ким — начальник административно-хозяйственного управления МГУУ Правительства Москвы.

О доступной среде в университете

Прежде всего, важно понимать, что доступная среда должна соответствовать не только нуждам колясочников. Эта история еще и про людей с инвалидностью по зрению, по слуху, а также с ментальной инвалидностью. Так что мы стараемся работать для всех, разрабатываем среду для разных людей с ограниченными возможностями.

Нашу инфраструктуру доступности мы развиваем уже давно, за это время внедрили весьма широкий арсенал инструментов для помощи людям с инвалидностью. Из очевидного — мы избавились от всех порожков, оборудовали пандусы и туалеты для людей в коляске, разместили во всех общественных помещениях указатели со шрифтами Брайля для незрячих. Но есть и действительно интересные вещи. Например, многие посетители нашего корпуса на Сретенке обращают внимание на необычное визуальное решение. Дело в том, что у нас на каждом этаже тянутся по полу яркие полоски, которые подсказывают направления различных мест в здании. На самом же деле эта система изначально была разработана нами в 2014 году как раз для помощи слабовидящим. Затем уже идея получила развитие: каждый этаж мы назвали в соответствии с московскими округами, аудитории стали получать названия районов города.

Коридор в здании на Сретенке: навигация яркими полосками есть, а порожков при входах в аудитории — нет

А еще мы гордимся тем, что у нас работает очень полезная технология, которая вообще мало у кого есть: мы оборудовали в актовых залах обоих зданий университета индукционные петли. Эта разработка призвана помочь слабослышащим, она усиливает звуковой сигнал в помещении для людей с этой группой инвалидности.

Так или иначе, всегда важно помнить: требования к доступной среде, которые прописаны на бумаге, — это основа, необходимый к выполнению базис. Но они все равно не могут учесть всех деталей для каждого конкретного здания. Поэтому в определенный момент мы решили пригласить к нам на Сретенку гостей с разными группами инвалидности: слабовидящего, слабослышащего и человека в коляске. Познакомили их с нашим зданием, собрали информацию. В результате мы, например, получили очень полезный отзыв от гостя с инвалидностью по зрению. Дело в том, что мы делали шрифты Брайля и нашу красивую навигацию полосками на полу исходя из норм, которые прописаны в документе доступной среды. А фактически оказалось, что, эти шрифты Брайля человеку с инвалидностью по зрению нужно еще найти. По законодательству они у нас висят в правильных местах, а по факту получается, что до них нужно вообще как-то добраться. И мы понимаем сейчас, что нам еще необходимо сделать дополнительную навигацию во входной группе здания. Вывод здесь один: если вы хотите сделать действительно доступную среду для людей с инвалидностью, вам нужно разрабатывать ее совместно с людьми с инвалидностью.

О сложностях в реализации доступной среды

Понятно, что несмотря на то, что требования законодательства являются обязательными, выполняются они в очень разных объемах в различных пространствах даже в пределах Москвы. Мне сложно судить, почему так происходит, но я понимаю, что существует большое количество трудностей в этой работе. Во-первых, это дорогая история, которая уже потребовала от нас ощутимых денежных вложений Во-вторых, это довольно длительный процесс. На реализацию одного паспорта доступности со всеми его замечаниями нам потребовалось порядка трех лет. У себя в университете мы просто поставили цель, поняли, что хотим быть доступным, современным и красивым зданием. Так что реализовать все это более чем возможно. Нужно лишь задаться соответствующей целью.

Университет Правительства Москвы — это место, где можно не только увидеть оборудованную для людей с ограниченными возможностями среду, но еще и научиться ее создавать. В качестве программ дополнительного профессионального образования здесь существуют курсы по проектированию доступной среды. Такие программы включают весь необходимый для высококвалифицированной работы материал: нормативно-правовые аспекты, конкретные практики и инструменты доступности и даже обучение этике общения с людьми с инвалидностью.

На сегодняшний день в мире существуют действительно впечатляющие технологии, которые помогают людям с ограниченными возможностями жить все комфортнее, а Москва располагает пространствами, в которых эти технологии успешно используются. Вместе с тем, несмотря на наличие профессиональных программ подготовки и действующих понятных регламентов разработки, повсеместное внедрение доступной среды остается предприятием отнюдь не тривиальным и требующим большое количество финансовых, временных и энергетических ресурсов. Очевидно одно: чем чаще московские пространства будут готовы находить эти ресурсы, тем быстрее наш город будет приближаться к цельной безбарьерной среде.



Также по теме:


Все новости МГУУ